ПРЕВРАТНОСТИ ЛЮБВИ ПОСЛЕ РЕВОЛЮЦИИ

«Вино, женщины и карты нам обеспечены» , 

— очень точно, сам того не ведая, описал послереволюционную ситуацию в России главный герой романов « 12 стульев» и «Золотой телёнок» Остап Бендер. 

 Знаете ли вы, что Октябрьскую революцию называют и первой сексуальной революцией России?

Ведь что есть Революция по Энгельсу? «Освобождение от старых традиционных уз, переставших быть необходимыми» . В результате церковный брак оказался как бы не в счет. «Все, что было в царской России, останется в царской России» — подумали новоявленные большевики и это в свою очередь породило немало курьезных ситуаций.

ХОЛОСТЯЦКИЙ БЕСПРЕДЕЛ

Как вам, например, такое заявление из фонда ЗАГСа №1802 в Центрального государственного архива в Петербурге: «Прошу зачеркнуть запись о том, что я женат в связи с тем, что “церковный брак” считается недействительным» . Вот так легко и без особых проблем можно получить билет в свободную жизнь после 1917. Согласно данным из книги Игоря Кона «Клубничка на березке» (чесслово, это очень серьезное социологическое и гендерное исследование), количество разводов на тысячу населения в 1920-х гг. выросло по сравнению с 1912 годом в 7 раз!


Причины просты: люди не успели «перестроиться» с церковной формы брака на исключительно «документальную». Вроде первого нет, а второе кажется чем-то несерьезным. Из-за этого тоже случалось немало забавных историй, правда, с весьма невеселыми последствиями, как, например, в случае с этой женщиной:

«В отдел ЗАГСА Василеостровского р-на в Гражданский отдел поступил паспорт гражданки Чуриловой, в котором семейное положение стёрто до дырки и гражданка сия пыталась в нашем районе вступить в брак. Заведующий отделом предлагает направить паспорт Етой гражданки в Народный суд, который привлечет ее к ответственности за подчистку документов».

КОНАРМИЯ

Несмотря на то, что женщин после Революции с точки зрения прав сделали абсолютно равными мужчинам, доля у них была весьма несладкой.

 

С одной стороны, в России появился оплачиваемый отпуск по беременности, заработали ясли и детсады (дабы разгрузить женщин от тяжкого «домашнего рабства»), появилось бесплатное медицинское обслуживание для матери и ребенка. Но с другой - так ведь было преимущественно в крупных городах, на остальных просторах нашей необъятной Родины ситуация складывалась несколько иначе. В 1926 году Исаак Бабель выпустил сборник рассказов «Конармия», где поделился своими воспоминаниями о Гражданской войне.

 

Вот о чем повествует, например, рассказ «Вдова»: Сашка — медсестра 31-го кавполка и «полевая жена» комполка Шевелева. Комполка тяжело ранили в бою, и пока он умирает, Сашка отдается бойцу Левке, просто потому что он об этом просит, типа «тебе жалко, что ли? Мужик твой всё равно помрет» . Сам Шевелев всё понимает и реагирует спокойно, почти одобрительно. После похорон кто-то из полка жалеет Сашку, мол, тяжкая это доля «под целым полком быть. Так Сашка стала «дамой всех эскадронов». Лечила не только боевые раны, так сказать.

 

Ещё один рассказ из сборника «Соль» рассказывает о случившемся в вагоне поезда, который двигался на Бердичев. Там едут бойцы и две случайные девушки. На одной из станций к ним подсаживается мать с младенцем завернутым в одеяло. Конармеец Балмашев уговаривает товарищей «не трогать» мать (да, в том самом смысле), ибо в руках у неё «их будущее». В результате выясняется, что в одеяле завернут не ребенок, а пуд соли. Балмашев негодует: почему это две девушки должны обслуживать весь вагон, а эта псевдомать — нет. В конце он пристрелил обманщицу.

«В годы обостренной гражданской войны и борьбы с разрухой — для любовных "радостей и пыток" не было ни времени, ни избытка душевных сил... Господином положения на время оказался несложный естественный голос природы — биологический инстинкт воспроизводства» — поясняет Игорь Кон.

«Мужчина и женщина — легко, много легче прежнего, проще прежнего сходились и расходились. Сходились без больших душевных эмоций и расходились без слез и боли… Проституция, правда, исчезала, но явно увеличивалось свободное, без обоюдных обязательств, общение полов, в котором двигателем являлся оголенный, не прикрашенный любовными переживаниями инстинкт воспроизводства».

НЕМНОГО СТАТИСТИКИ

А вот какая ситуация складывалась среди рабочей и студенческой молодежи в городах (вся информация получена согласно опросам, проводимым в то время):

  • в 1922 г. краткосрочные связи имели почти 90% мужчин-студентов и свыше половины студенток. Из них только 4 процента мужчин объясняли сближение любовью;
  • в Петрограде в 1923 г. среди рабочих моложе 18 лет сексуальный опыт уже имели 47% юношей и 67% девушек;
  • по данным опроса участников молодежной конференции в 1929 г., до 18 лет начали половую жизнь почти 80% мужчин (из них 16% — в 14 лет) и 68% женщин. Самыми сексуально активными были комсомольские активисты.

Мотивы вступления в половую связь у мужчин были следующими:

«Половая потребность», «увлечение» и «любопытство»; «любовь» оказалась чисто женской примочкой.

 

При этом каждая третья студентка, например, оправдывала внебрачные связи.

Среди причин:

Разлука с мужем, неудовлетворенность семейной жизнью и неудовлетворенностью половыми отношениями с мужем. Похожим образом складывались результаты опросов и мужчин.

И всё же настоящую любовь не могла «победить» даже Революция. О чем говорит третий документ, найденный мной в фонде документов ЗАГСа:

«Мы, нижеподписавшиеся, Т. Аренберг и Анна Ибрус извещаем, что мы вступили в сожительство с 1920 года в Эстонии. В формальном же смысле этого не подтвердила, так как отрицаем церковные обряды, но регистрация была в Эстонии недействительна. Я, Т. Аренберг в 1922 был обменен, как политический заключенный на белогвардейца Эстонии и был принят подданным РСФСР. При регистрации было заявлено, что я женат и жена Анна Ибрус находится в Эстонии. Она прибыла в Ленинград в 1923 году и тоже приняла подданство. Теперь согласно законам РСФСР, где мужу и жене предписывается иметь одну фамилию, желаем, чтобы Анна Ибрус была перерегистрирована на Аренберг».

Сколько мучений и волокиты прошла эта пара ради простой формальности — иметь одну фамилию на двоих! Вот такой вот социалистический романтик.

В заключение статьи, крайне рекомендую прочитать книгу «Клубничка на берёзке» Игоря Кона — она лежит в открытом доступе. Это огромный и очень интересный социологический труд, посвященный интимной жизни нашей страны, начиная со времен древней Руси. Поверьте, после его прочтения многое в нашем менталитете вам станет понятно.

Автор — Мария Тычинина, проект From past with love